Пасхальное Богослужение в Михаило-Архангельском Харлампиевском храме

В субботу вечером, когда город уже затихал, в храме читали Деяния.

Это древняя пасхальная традиция: перед тем как услышать «Христос Воскресе», Церковь предлагает нам вслушаться в то, как Воскресший Господь действовал через апостолов. Как рождалась община, как Дух Святой вёл людей через гонения и сомнения. Деяния — это не архив. Это зеркало: та же вера, те же вопросы, тот же огонь.

В это же время у аналоя совершалась исповедь. Чин полунощницы.

Полунощница перед Пасхой — одна из самых глубоких служб. Она — мост между субботой и Воскресением. Плащаница ещё посреди храма, но дыхание уже не то. В древности именно в этот момент Плащаницу уносили в алтарь, где она пребывает до отдания Пасхи. Это жест без слов: Христос более не во гробе. Полунощница учит ждать. Не суетиться.

Потом началась Пасхальная утреня, затем Пасхальные часы и Литургия святителя Иоанна Златоуста. Читается Апостол — Деяния, 1:1–8: «Вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святой». И Евангелие — Иоанна, 1:1–17: «В начале было Слово».

И вот, среди всего этого, можно понять сердцем бьющимся, а не умом холодным: почему Серафим Саровский всем приходившим к нему с некоторого времени говорил: «Христос Воскресе, радость моя!». Он вошел в некое состояние, в котором потребляются, сгорают немощи и скорби человеческие, и мог это состояние передавать от сердца своего к сердцу человека пришлого. Пасха была для него длящейся и «вечнующей», а не раз в год празднуемой.

На улице в Иркутске апрель — это не цветущие сады. Пока еще это ветер и холод, который лезет за воротник. Свечи горят неровно. Кто-то прикрывает огонь ладонью. Хор поёт — и от этого пения становится теплее.

Западные двери храма закрыты. Священник поёт: «Христос Воскресе из мертвых…» — и все подхватывают. Двери открываются. Все входят в храм, залитый светом.

Причастников было очень много.

Очередь тянулась от амвона до задней стены, потом заворачивала к левому клиросу и дальше — к иконе Николая Угодника.

Кто-то держал на руках детей — они причащались первыми, сонные, доверчивые, открывающие рты ещё до того, как священник успевал сказать «Причащается раб Божий».